Главная » 2016 » Февраль » 14 » Глава 9
14:34
Глава 9

Глава 9. Гуманитарное знание и информация: проблема взаимодействия

1. Универсалии равенства и свободы как принципы Разума и информационный рационализм

Современный цивилизованный мир обретает специфику, связанную с рождением и формированием информационного общества. В информационном обществе информация приобретает всеохватывающий характер. Информация становится основной опорой принятия решений в сфере бизнеса, сфере политики и сфере повседневной жизни. Вместе с тем информация – это и среда, в которой живет человек, и те технические средства, которые служат источником информации, – телевидение, радио, пресса и наряду с ними компьютеры, мобильные телефоны, делающие доступными мировые ресурсы информации и новые средства образования и развлечения, такие как компьютерные игры. Нарастание объемов доступной человеку информации, как представляется, совпадает с прогрессом знания, а вместе с тем и неуклонным совершенствованием всех аспектов общественной жизни, распространением рациональности, а значит, и цивилизованности. Информационное общество в таком понимании можно считать реальным торжеством рациональности, сужающей сферу действия, а в конечном итоге элиминирующей негативные,
безнравственные и преступные проявления. Поскольку этого не происходит, то теория должна вернуться к анализу исходных предпосылок Разума. Исходные предпосылки Разума были сформулированы Просвещением как универсальные принципы равенства и свободы, практическая реализация которых, согласно теории, должны привести к реализации конечных целей истории. И это представление казалось чуждым утопизма.

На самом деле, прогресс образования, поголовная грамотность и поголовное участие граждан в управлении государством, а также обучение и дисциплинирование миллионов трудящихся крупным, сложным обобществленным аппаратом почты, железных дорог, крупных
фабрик, крупной торговли, банковского дела и т. д. становятся той неодолимой силой, которая делает всякое уклонение от разумного общественного порядка неимоверно трудным, редчайшим исключением. Но не противостоит ли этому разумному общественному порядку индивидуальная свобода, абсолютизация своего «я», о чем предупреждал Ф.М.Достоевский? Как казалось, однако, равенство всех перед разумным общественным порядком – это то непреложное требование, перед которым не может устоять свобода отдельного индивида. Коль скоро это понято, то универсалии Разума, провозглашенные эпохой Просвещения – свобода и равенство, – должны обрести внутреннюю иерархию. Фактическое равенство должно быть признано в качестве приоритетного универсального принципа, перед которым всегда должна отступать свобода. Этот логический вывод и был
сделан В.И. Лениным в его работе «Государство и революция» в канун эпохи практического строительства социализма.

В.И. Ленин полагал, что организация производства и общественной жизни в эпоху обобществления труда делает свободу субъективного, личного самоопределения отдельного индивида негативным феноменом, наносящим ущерб общему порядку. Именно в этом контексте В.И. Ленин утверждал, что «пока есть государство, нет свободы»1. При этом имелось в виду любое государство – будь то буржуазная демократия или диктатура пролетариата.

Это представление лежало в основе ленинского понимания «механизма» перехода от капитализма к первой, а затем и к высшей фазекоммунистического общества. Конечная цель этого перехода – торжество фактического равенства, т. е. торжество универсального принципа, провозглашенного Французской революцией в качестве ипостаси Разума. Поголовная грамотность, обучение, с одной стороны,и быстрое, серьезное наказание за всякие нарушения установленного порядка – с другой, по мысли В.И. Ленина, предопределяют реальность того, что «необходимость соблюдать несложные, основные правила всякого человеческого общежития очень скоро станет привычкой»2. Очевидно, что сила Разума, состоящая в универсальности его принципов, казалось бы, не нуждалась в дополнительной силе «быстрого и серьезного наказания». Однако В.И. Ленину механизм наказания казался необходимым именно потому, что он интуитивно схватывал неизбежность протеста индивидуального самосознания против того фактического равенства всех, которое установится тогда, когда общество «будет одной конторой и одной фабрикой с равенством
труда и равенством платы»3. Торжество разума и превращение во имя Разума общества в одну контору с равенством платы кажется явлением абсурдным.

Для того чтобы абсурдное явление обрело всеобщий характер, нужен не разум, а привычка как иррациональное средство утверждения в обществе абсурдной системы общественных отношений. На самом деле человек может привыкнуть ко всему.

Но в этом случае возникает фундаментальный вопрос: может ли принцип Разума быть универсальным и не ведет ли его практическая реализация в конечном счете к абсурдной ситуации?

Как кажется, именно информация во всем многообразии ее форм может «спасти» универсальность Разума. Если информация совпадает со всем многообразием знания, то тогда всеобщая доступность информации может сделать общество основанным на знании, а значит и разумным.

Информационное общество, казалось бы, освобождает от необходимости использования для реализации принципов Разума быстрых и серьезных наказаний и иррациональных средств, таких как привычка. Информация, как знание, заменяет и наказания, и привычки. А это значит, что информационное общество предполагает соединение Свободы с Разумом, реализация которого не требует насилия, а напротив, отвергает его.

Это представление могло бы рассматриваться как теоретическое основание практических лозунгов антисоциалистической революции 1991 г., если бы они не были простой негативной реакцией на «одну контору», т. е. на практическую реализацию универсального принципа равенства.

В действительности, однако, одному универсальному принципу Разума был противопоставлен другой универсальный принцип Разума – принцип свободы. Но что означает практически реализация принципа свободы в качестве всеобщей и универсальной нормы?

Практически она означает отрицание общих норм, правил общежития, торжество индивидуализма. Знание здесь, как и информация,превращается в средство эффективного достижения личных, индивидуальных целей. А это влечет за собой массовые нарушения правовых и нравственных норм, моральное оправдание своеволия и индивидуализма, безответственности перед будущим.

Свобода как универсальный принцип обретает деструктивный смысл. Исторически один универсальный принцип побивает другой универсальный принцип. В итоге принцип фактического равенства исключает принцип свободы, а принцип свободы исключает действие принципа фактического равенства, что и показал российский опыт минувшего столетия.

Так как же быть с универсалиями Разума? Следует признать, что знание и информация не совпадают с универсальными принципами Разума. Но если это так, то проблема знания теперь смещается в другую плоскость: знание не относится к универсальным принципам.

Универсальные принципы Разума не есть знание. Знание – это питательная среда информации. Стало быть, проблема рациональной организации информационного общества смещается к проблеме отношения знания и информации. Но откуда берется знание?

Как кажется, средства информации делают доступным все знание,так что знание воспринимается как готовый продукт, которым человек может пользоваться так, как он пользуется естественными общедоступными продуктами, такими как воздух и вода. И здесь уже не возникает вопрос: как получается информация, из чего она происходит, откуда она берется? Информация и знание воспринимаются как совпадающие по своему объему и содержанию величины.

Перенасыщенность современного мира информацией отодвигает в тень два фундаментальных вопроса. Во-первых, что будет с обществом, если исчезнет поток информации или она будет неточной, искаженной, как «искажается» загрязнением чистая вода? Во-вторых,как будет выглядеть цивилизация, если информация будет лишена
поступления новых знаний? Не будет ли это означать, что информационное общество станет вращаться в замкнутом интеллектуально пространстве, «двигаться» не продвигаясь вперед, подобно тому как двигается белка в колесе? Вечное возвращение, известная фантазия
Ф. Ницше, может стать реальностью.

Современная цивилизация оказывается перед скрытыми информационными проблемами, решение которых затрагивает ее судьбу.

Прояснение сущности и практической значимости этих проблем
требует ответа на ряд гносеологических вопросов.

Во-первых, необходимо выявление отправного пункта в получении знания. Знание – это результат открытия, делающего ранее неизвестное известным. Но что такое неизвестное и как оно становится известным, т. е. знанием? Очевидно, что это происходит в результате соприкосновения субъекта с миром непознанного, с трансценденцией, лежащей за пределами доступного и освоенного человеком мира. Получение нового знания, таким образом, это специфический процесс, требующий прояснения вопроса о том, как человек соприкасается с сущностью трансцендентного мира.

Во-вторых, если информация – это не первичная реальность, как это кажется человеку, входящему в мир информации, а реальность вторичная как обработанная сумма знаний, то это значит, что все формы манипулирования информацией имеют дело с готовым, обработанным определенным образом знанием. Так что же дает компьютерная обработка знаний? Дает ли компьютерная обработка новое знание или же здесь не происходит открытия нового знания, а лишь комбинирование готовых знаний для решения конкретных практических задач? Если в комбинировании готовых знаний не происходит соприкосновения субъекта с трансценденцией, то не может быть и открытия.

Гносеологическая проблема взаимодействия знания и информации затрагивает самые существенные аспекты жизни информационного общества.

И в связи с этим встает ключевой вопрос: «Что такое открытие?»


Категория: ИНФОРМАЦИОННАЯ КУЛЬТУРА И ЦЕЛЬНОЕ ЗНАНИЕ | Просмотров: 61 | Добавил: retradazia | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0